Китай, Ближний Восток и кризис лидерства: с чем G7 подходит к саммиту в Эвиане

Саммит G7 во французском Эвиане проходит в момент, когда привычная архитектура мировой политики стремительно меняется. Если еще два десятилетия назад решения "Большой семерки" во многом определяли глобальную повестку – от экономики до безопасности, – то сегодня западным державам все чаще приходится учитывать интересы новых центров силы, влияние которых продолжает расти.

Китай, Индия, страны Персидского залива и другие региональные игроки уже не выступают лишь наблюдателями мировых процессов. Они становятся самостоятельными участниками формирования международной повестки, способными влиять на торговые маршруты, энергетические рынки, инвестиционные потоки и даже вопросы глобальной безопасности.

На этом фоне нынешний саммит G7 представляет особый интерес не столько из-за конкретных решений, которые могут быть приняты его участниками, сколько как отражение более глубоких изменений в мировой политике. Западные страны все чаще переходят от политики доминирования к поиску новых форм взаимодействия с государствами, без участия которых сегодня невозможно решать ключевые международные вопросы.

Почему "Большая семерка" вынуждена перестраивать свои подходы, какую роль в этом процессе играют Китай и страны Ближнего Востока и какие возможности открывает формирующийся многополярный мир для Казахстана, корреспондент BAQ.KZ обсудила с политологом Жанатом Момынкуловым.

G7 больше не единственный центр влияния

После окончания холодной войны страны G7 фактически определяли мировую политическую и экономическую повестку. Однако за последние два десятилетия ситуация изменилась.

Рост Китая и Индии, усиление государств Персидского залива, а также последствия мирового финансового кризиса 2008 года показали, что глобальные вопросы уже невозможно решать исключительно в рамках западного клуба.

По словам политолога Жаната Момынкулова, нынешний саммит отражает эту тенденцию.

"Из традиционной площадки координации ведущих западных стран G7 постепенно превращается в более гибкий геополитический механизм, который вынужден взаимодействовать с внешними центрами силы – прежде всего Китаем и государствами Ближнего Востока", – отметил Жанат Момынкулов.

Китай: конкурент и партнер одновременно

Одной из особенностей саммита стала инициатива Франции по расширению диалога с Китаем. Сегодня Пекин играет ключевую роль в мировой торговле, логистике, технологиях и вопросах безопасности. При этом страны Запада продолжают воспринимать его как стратегического конкурента. Наиболее ярко этот подход демонстрирует президент Франции Эммануэль Макрон.

"Макрон рассматривает Китай одновременно как системного конкурента и как необходимого партнера для решения глобальных проблем. Такая двойственность отражает переход от идеологизированной политики к более прагматичной дипломатии", – считает Момынкулов.

По мнению эксперта, это показывает, что мировая политика постепенно переходит от жесткого разделения на блоки к ситуативному сотрудничеству по конкретным вопросам.

Почему Запад обращается к Ближнему Востоку

Еще одним важным направлением саммита стало взаимодействие со странами Ближнего Востока.

Саудовская Аравия, Катар и Египет сегодня влияют не только на энергетические рынки, но и на процессы региональной безопасности.

Энергетические кризисы последних лет и конфликты на Ближнем Востоке заставили западные страны активнее вовлекать арабские государства в решение международных вопросов.

Фактически страны Персидского залива становятся полноценными участниками глобальной дипломатии.

Единство Запада становится менее очевидным

Несмотря на заявления о единой позиции, внутри G7 усиливаются различия в национальных подходах. По словам Жаната Момынкулова, это особенно заметно в вопросах отношений с Россией и Китаем.

"Даже внутри G7 наблюдаются расхождения национальных подходов. Например, дипломатические сигналы Японии в сторону России показывают, что экономические и региональные интересы всё чаще начинают влиять на единство западной позиции", – рассказал Жанат Момынкулов. 

Это свидетельствует о формировании более сложной международной системы, где государства всё чаще руководствуются собственными интересами, а не исключительно союзническими обязательствами.

На фоне глобальных изменений растет значение Центральной Азии. Ранее корреспондент BAQ.KZ уже писала о том, почему регион становится всё более важным для стран G7 и Запада. Интерес связан как с энергетическими ресурсами, так и с развитием новых транспортных маршрутов между Европой и Азией.

Что это означает для Казахстана

По мнению эксперта, происходящие изменения создают для Казахстана как риски, так и новые возможности.

С одной стороны, конкуренция между мировыми центрами силы усиливает неопределенность и повышает зависимость мировой экономики от геополитических кризисов.

С другой стороны, многополярность расширяет пространство для внешнеполитического и экономического маневра.

"В условиях конкуренции крупных держав средние государства получают больше пространства для диверсификации партнерств и укрепления своей роли в новых транспортно-экономических маршрутах, включая Транскаспийский коридор", – отмечает Момынкулов.

По его словам, Казахстан может использовать этот период для укрепления многовекторной политики и расширения сотрудничества одновременно с Западом, Китаем, странами Ближнего Востока и государствами Центральной Азии.

Мир становится более фрагментированным

Главный вывод, который можно сделать из предстоящего саммита в Эвиане, заключается не в ожидаемых решениях лидеров G7, а в самой трансформации мировой системы.

"Сегодня ни одна группа государств уже не способна самостоятельно определять мировую повестку. Мы наблюдаем переход к более сложному и фрагментированному миру, где влияние распределено между несколькими центрами силы", – резюмирует Жанат Момынкулов.

Для Казахстана это означает необходимость сохранять гибкость, диверсифицировать внешние связи и использовать новые возможности, которые открывает формирующийся многополярный мир.

Читай также:

Европа вступает в новую борьбу за влияние в Центральной Азии - турецкий политолог

"У вас есть друг в Белом доме": Токаев встретился со спецпосланником Трампа